Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №5/2012
Первая тетрадь
Политика образования

КРУГ ВОПРОСОВ


Кожурина Людмила

Молодые учителя...

Где вы, двадцатипятитысячники?

О 25 тысячах молодых специалистов, влившихся в ряды российских учителей в 2011 году, говорил на коллегии Минобр­науки министр Андрей Фурсенко. Цифра звучала как еще один аргумент в пользу успехов работы ведомства: престижность профессии возросла, условия улучшились, зарплата повысилась.
Отчасти – да. Для кого-то, конечно. А конкретно – письма о возрастном дисбалансе в педколлективах как шли со всех уголков страны, так и идут, если не сказать, что их становится больше. Вот из почты одного только февраля.

…«В нашей небольшой школе 8 учителей после 55, и все собираются уходить. Но никого нет за спиной – и захочешь, а не уйдешь».

…«На конкурсах выступают педагоги, которым 50 и больше. Прыгают, танцуют, и видно, как им тяжело. Нет, я не умаляю их заслуг, на них школа держится. Им хотя бы чуть-чуть побольше заплатят после участия в конкурсе. Но дети ждут молодых классных руководителей, задорных, творческих, увлекающих за собой. Таких мы давно в своей школе не видим».

…«А вы можете ответить, где молодые педагоги? Каждый год вузы выпускают специалистов, а они исчезают непонятно куда. В школах средний возраст учителей уже 45 лет, это возраст выслуги. А хотелось бы, чтоб жизнь в школе шла своим чередом и одно поколение сменяло бы другое, дополняя и обогащая друг друга. А так – в школе только бабушки».

Что ответить на эти письма? Что из 25 тысяч молодых специалистов никто, к сожалению, не получил путевку в вашу школу? Или – «держитесь, вы еще ого-го»? Может быть,
искренне поделиться своими мыслями? Мол, так, наверное, и задумано, чтобы энтузиасты продержались, сколько смогут на грошовой оплате, а потом, когда наступит пустота, запустить в школы совершенно новых работников образования: операторов процесса, а не учителей; менеджеров, а не педагогов. За совершенно другие деньги, конечно.
Не очень-то хочется это признавать. Но если сегодня кто-то из высококлас­сных педагогов и дожил до приличной зарплаты, то не сказать, ценой каких потерь. В результате в школах практически нет 30–35-летних, поколенческий шаг (25 лет) не состоялся. И все мало?
Хорошо, о тех, кому немногим за 20: «Я молодой специалист, работаю учителем 2 года. И в ближайшее время собираюсь сменить работу. К сожалению, я оказалась не готова работать на голом энтузиазме, не привыкла бросать все и бежать-ехать-идти куда скажут. Терпеть то, что терпеть в школе приходится… Безусловно, эти 2 года я провела с пользой для себя, надеюсь, и мои ученики тоже. Но перспектива «сгореть» на работе, которая не ценится ни материально, ни морально, – это не мое».
Письмо двухдневной свежести. И кто это вещает о росте престижности и привлекательности работы учителя в России? Главное – кому?