Главная страница ИД «Первого сентября»Главная страница газеты «Первое сентября»Содержание №2/2010
Вторая тетрадь
Школьное дело

ОРИЕНТИРЫ


Преодоление школьной неуспешности: таймырский вариант

Хитрая арифметика школьной администрации

Чтобы решить проблему неуспешности в обучении в местных школах, на Таймыре была разработана и апробирована специальная методика, которая опирается на особенности региональной культуры. Эта разработка уникальна, поскольку дети на Крайнем Севере воспитываются в весьма специфичной культурной среде и в новой методике работают точные педагогические ходы, простроенные с учетом именно этой специфики. Но это не единственная причина, побудившая нас рассказать о таймырском опыте. Если попытаться смотреть вглубь, то можно увидеть, что в этом опыте проявляются универсальные педагогические смыслы, значимые для каждой школы.

 

«Невидимая стена»

«Школьники-северяне не отличаются высокими способностями к учению», «у северян совершенно не сформирована учебная деятельность» – подобные мнения нередко можно услышать от учителей, работающих в школах полуострова Таймыр. Учитель вроде бы все делает правильно, в соответствии с требованиями методики, а сколь-либо значительных сдвигов в освоении предмета на его уроках не происходит. И «возникает такое чувство, словно ты упираешься в невидимую стену».
Примечательно, что практически все педагоги приехали сюда «с материка». Здесь можно встретить представителей Украины, Татарстана, Молдавии, Чувашии, Хакасии… Как правило, жизненный опыт этих людей радикально отличается от опыта жизни северян. Именно это обстоятельство, с нашей точки зрения, во многом определяет низкую результативность их педагогического взаимодействия с детьми.

По наклону травы…

В суровых условиях Крайнего Севера вся жизнь людей с раннего детства подчинена законам выживания. Это значит, что каждое действие человека должно быть осмыслено, соотнесено с жизненными потребностями и окружающими реалиями. Даже детские игры здесь приближены к практической деятельности. Например, одна из распространенных среди местной детворы игр основывается на умении точно бросить маут (аркан, которым вылавливают оленей для упряжки).
Если у ребенка что-то не получается, он может подойти к отцу за советом: у меня вот то-то и то-то не выходит. Что делать? А папа в ответ: «А как ты думаешь?» Если у ребенка нет своих вариантов ответа, отец говорит: «Ну, тогда иди подумай». Почему отец не дает готового ответа? Жизнь в тундре настолько сурова, что ребенок может в любой момент оказаться один на один с серьезной угрозой.
Навыки самоорганизации у северян, что называется, в крови. Вот пример: восьмилетний мальчик из семьи тундровиков поехал на оленьей упряжке самостоятельно проверять капканы. Неожиданно в пути задула пурга, и мальчик решил немедленно вернуться. Однако следов от саней уже не было видно: как отыскать путь? Сначала мальчик решил сориентироваться по звездам, но небо было затянуто – звезд не видно. Затем он обратил внимание на гребни заструг (неподвижные, вытянутые по ветру снежные образования наподобие морских волн). Но вспомнил, что ветер в тундре меняет направление очень часто: значит, и этот ориентир ненадежен. И тогда ребенок откопал снег и начал приглядываться: куда наклонена трава под снегом? Это важно, потому что первый господствующий ветер осенью в тундре бывает северным и по наклону травы можно определить местонахождение севера. Сориентировавшись, мальчик отправился в обратный путь. Время от времени он останавливался, чтобы откопать снег и проверить правильность направления своего движения. Таким образом он добрался до балка (домик на полозьях), где его ждала семья.

Цель без мотива

На этом примере мы видим, как у детей пошагово срабатывают все основные элементы самоорганизации. Сначала у мальчика возникла мотивация (стремление избежать опасности), затем он осознанно поставил себе цель (вернуться домой, пока не задула пурга еще сильнее), потом проанализировал ситуацию (обнаружил проблему возвращения домой), далее – смоделировал действия по достижению цели (рассмотрел варианты выхода из сложившегося затруднения), после чего выделил критерии оценки найденного решения (безошибочное и надежное действие) и, наконец, проконтролировал ход выполнения как промежуточных, так и конечных результатов деятельности.
Какой элемент выпадает в традиционном подходе к организации учебной деятельности? Чаще всего первый: учителя сразу ставят цель действий, не замотивировав школьников на ее достижение. Это негативно сказывается на успешности любого ученика, но для ребят, воспитывающихся в условиях Крайнего Севера, подобное упущение оказывается фатальным. Если такой ребенок не понимает смысла предлагаемой ему работы, он отстраняется. А у педагога возникает ощущение «невидимой стены».

На чем растет интерес?

Как известно, проблема школьной неуспешности обостряется с переходом в среднюю школу. Начало обучения в средней школе приходится на период активного психологического развития, когда у детей меняется отношение к окружающим людям и к учебе. На первый план выходит общение прежде всего с теми людьми, с которыми у ребенка находятся общие интересы. Появляются свои приоритеты в предметных областях. Познавательная мотивация становится более избирательной: познавать хочется те вещи, которые вызывают эмоциональный отклик, могут послужить материалом для творческой самореализации. К сожалению, этот момент совершенно выпадает из поля зрения большинства учителей.
Также следует отметить, что переход в среднюю школу нередко сопровождается сменой образовательного учреждения. Адаптация к новому месту учебы всегда непростой процесс, а на Крайнем Севере он отягощается дополнительными психологическими барьерами. Во-первых, это зачастую переход из монокультурной в поликультурную среду, во-вторых, дети, которые воспитывались в монокультурной среде, нередко слабо владеют русским языком.
Вдобавок к этому воздействие иной культурной среды часто дезориентирует ребенка. Например, в долганской семье (долганы – один из этносов Таймыра) на ребенка не положено повышать голос. Взрослые и дети общаются друг с другом наравне, и это очень уважительное общение. И вдруг в новой школе ребенок видит, что его одноклассник может нагрубить учителю (взрослому), что в его культуре категорически запрещается. И он не понимает, где настоящая реальность – в семье или в школе? Что же получается: семья сама по себе, я сам по себе – тогда зачем нужна учеба? Так ребенок теряет смысловые ориентиры.

От конкретного к абстрактному

Чтобы сделать процесс обучения более осмысленным, мы разработали специальное этнодидактическое учебное пособие по математике, апробация которого прошла в пяти школах разных селений Таймыра. Этнодидактическим пособие было названо потому, что в его основу были положены компонент этнической культуры и принципы современной дидактики.
Каждая задача пособия представляла собой проблемный случай из жизни семьи Жарковых. Это вымышленная семья, у которой есть реальный прототип: на Таймыре нашли мамонта, которого назвали Жарковым по фамилии нашедшего его бывшего выпускника Новорыбинской школы. А местность, в которой разворачивались все описанные в пособии события, получила название Жарковстан.
Семья как элемент, «скрепляющий» все сюжеты математических «задач» в единую историю, здесь появилась не случайно: в этнических культурах укоренено сакральное отношение к ценности семьи.
Многие задачи имеют практическое содержание, столь значимое для выживания в условиях тундры: охота, приготовление пищи, подготовка оленьей упряжки... Весь ход развития сюжета представлен в картинках, которые сопровождаются комментариями героев.
Взаимодействия между персонажами, которые фигурируют в задачах, в нашем пособии прописаны очень детально, поскольку для поддержания жизни на Крайнем Севере решающее значение имеет характер межличностных отношений: уважительное отношение к взрослому и ребенку, взаимовыручка. Это и есть учет особенностей культуры. А как это сказывается на эффективности обучения? Такой подход позволяет решить важную педагогическую задачу: связывание эмпирического (опытного) и понятийного мышления. В обычной педагогической практике значение этой связки недооценивается, основной упор делается на освоение понятий и формальных операций. Много ли «ситуативной конкретики» мы можем вспомнить из нашего школьного опыта? Вспоминаются задачки «про яблоки», «птичек», «воду, наполняющую бассейн». Зачастую «эмпирики» в учебном материале оказывается слишком мало для того, чтобы у ребенка выработалось понятийно-конкретное мышление.

Часть и целое

Важнейшим принципом структуризации учебного материала в пособии стал принцип целостности обучения: учебный процесс надо выстраивать так, чтобы были активизированы все значимые для него этапы (понимание условия задачи, поиск решения, самоконтроль, коррекция). Как это делается у нас? Сначала – знакомство с «ситуативной конкретикой» (на этом этапе ученик осмысливает условие задачи). Затем – работа с «опорными сигналами» (фрагменты пособия, где схематично представлены формальные мыслительные операции, которые надо выполнить для освоения нового теоретического материала и решения конкретной задачи). Справившись с задачей вербализации ключевых (опорных) понятий, ученик переходит к «листу самоконтроля» (в нем – ключевые вопросы изученной темы, нацеленные на проговаривание новых понятий). Потом – этап «самопроверки» (школьники решают и составляют задачи, помогающие понять, научились ли они применять знания на практике). А завершающий этап учебного цикла – выполнение заданий «диагностического (обучающего) теста» (обобщение, рефлексия всего сказанного, услышанного, прорешенного по конкретной учебной теме).
Эту психолого-дидактическую целостность можно выразить схемой: «житейское» понятие («ситуативная конкретика») ? начальная вербализация («опорные сигналы») ? развитие речи, формирование теоретического мышления («лист самоконтроля») ? применение знаний на практике («самопроверка») ? обобщающий самоконтроль, обобщающая рефлексия («диагностический тест»).
Важно сказать, что элементы различных видов деятельности (формализации, рефлексии и других – определенный вид деятельности преобладает на определенной стадии работы) заложены уже в материал «ситуативной конкретики», который подан в диалогичном ключе. Жители Жарковстана как бы предлагают ученикам вступить с ними в диалог. И как оказалось, этот диалог практически всегда шел активно: порой в форме внутреннего проговаривания, а иногда в репликах и вопросах, обращенных к одноклассникам: «А что там говорил кролик?»
Мы придумывали Жарковстан вместе с детьми, потому что воображение является «трамплином» в творческой деятельности школьника. Школьник с развитым воображением, с живой фантазией оказывается и в математике гораздо более продуктивным, чем школьник с формально вышколенным, но педантичным, машинообразным мышлением. Видимо, поэтому у нас говорят не только люди, но и животные. Живое культурное воображение обеспечивает умение видеть в реальности, в жизни, в окружающем мире то, что до сих пор еще не сформулировано в словах, в терминах, еще не выражено в формуле учебника, то, что предстоит еще исследовать. Иными словами, воображение – это культура мышления в образах.
Таким образом, в эксперименте с самого начала запускается процесс целенаправленной, последовательной рефлексии учебной деятельности.

Воспитание свободой

А теперь о том, как была организована апробация. Прежде всего надо сказать, что это была работа в форме дополнительных занятий, приход на которые для детей был делом добровольным, о чем ребятам было сказано накануне.
Многие учителя боятся предоставлять детям право самостоятельного выбора: приходить на занятия или нет. Считают, что в таком случае дети скорее всего не придут. Так вот: это заблуждение. Наш эксперимент, а мы проводили его не только в монокультурных, но и в поликультурных школах, показал, что такой проблемы нет. Напротив, предоставление свободы выбора содержания, времени и формы обучения ведет к пробуждению у детей чувства ответственности. Более того, ответственность только так и можно воспитать. Это универсальный механизм личностного самоопределения. Да, возможно, придут не все, но главное состоит в решении задач развития и обучения, а не в обеспечении стопроцентной посещаемости.
Правда, тут надо сделать одну оговорку. Очевидно, многое зависит от того, какие отношения выстроил педагог с детьми. Если для него привычен авторитарный стиль преподавания – прием не сработает. Свобода выбора срабатывает у тех педагогов, для кого она действительно является ценностью, кому небезразличны проблемы учеников, кто озабочен учебной мотивацией и другими важными для развития ребенка вопросами. Кстати, вот один из приемов, который мы используем для мотивирования ребят при переходе к изучению новой темы. Вначале дается два знакомых примера, а затем один из нового материала. Два первых задания ребята выполняют без особого труда, а на третьем – «стопор». В чем проблема? Ученики говорят: «Тут написано: решить квадратное уравнение, а мы же не знаем, что такое квадратное уравнение. Тут какие-то степени появились». Учитель спрашивает: «И как же мы теперь назовем тему урока?» Ребята говорят: «Ну, наверное, квадратное уравнение». – «А цель какая будет?» – «Наверное, научиться решать эти уравнения». То есть ученики сами расставляют приоритеты. С нашей точки зрения, пока ребенок сам не определит, что и как он будет делать, бессмысленно говорить о какой-то цели деятельности.

«Как же ты сообразил-то?!»

Еще один важный момент: познавательное общение! Мы предложили детям привести на занятия взрослых: «Приходите с родителями, с родственниками, с учителями. Выбирайте, кого хотите, можно прийти с бабушкой, с братом или сестрой, с кем вы посчитаете нужным поработать вместе». Для чего нам понадобились взрослые? Предполагалось, что на начальном этапе взрослые будут читать текст пособия (поскольку взрослые читают значительно быстрее), а дети – размышлять над решением задач. Кроме того, обсуждение решения со взрослыми должно было способствовать повышению учебно-познавательной мотивации.
Ребята работали со своими «помощниками» и подзывали педагога только тогда, когда у них возникало противоречие.
Один мальчик работал в паре со школьной гардеробщицей (он жил в интернате, и у него не было возможности пригласить родственников).
Эта женщина сидела с интернатским мальчиком и не скрывала своих эмоций: «Слушай, а ты, оказывается, какой умный-то! Как ты сообразил-то? А теперь объясни, пожалуйста». Представляете, как это сказывалось на самооценке ученика! И он объяснял решение на доступном ему языке. А если ребенок может объяснить что-либо своими словами, это означает, что у него произошла интериоризация, то есть глубинное освоение знаний на личностно-значимом уровне.
Так вот, некоторое время ребята работали в парах, а дальше произошло непредвиденное: дети стали отделяться и образовывать свои пары. Школьники поняли, что они могут сами, без помощи взрослых, справиться и с чтением, и с решением задач. А через некоторое время пары детей стали группироваться друг с другом. В Новорыбинской школе в конце концов все ребята слились в одну группу, где было уже совершенно непринципиально, кто здесь учится в четвертом классе, а кто в пятом.
Ребята занимались по этнопособию после уроков с 15 до 18 часов. А потом забрали материалы пособия домой для продолжения обучения в комфортных условиях, в желаемом темпе.
В результате экспериментальной работы практически во всех школах наблюдалось повышение успешности обучения, а наиболее сильно продвинулись ребята из школы-интерната поселка Сындасско. И это не случайно: Сындасско – самый северный поселок на Таймыре, он расположен в Хатангском заливе, где самые суровые условия жизни...

Зоя ИЧИН-НОРБУ, учитель физики и математики, аспирант Института психологии им. Л.С.Выготского РГГУ

Идеи для..

Решение мировых проблем

Уроки географии тверского педагога Натальи Невзоровой позволяют ребятам задуматься над реально существующими проблемами и противоречиями современного мира и при этом научиться пользоваться научными методами решения задач, использовать в дискуссиях содержательные аргументы.
К примеру, изучая в 9 классе Восточную Сибирь, ребята пытаются понять, что тормозит экономическое развитие такой обширной территории. Суровый климат? Отсутствие полезных ископаемых? Сравнивая статистические данные, работая с текстом учебника, с журнальными статьями, ученики приходят к выводу о необходимости строительства железных дорог и магистралей. Не слишком оригинальная идея, и педагог предлагает углубиться в проблему. Оказывается, давно есть проекты строительства двух трасс: Полярно-Сибирской (Салехард – п. Анадырь) и Северо-Сибирской (Нижневартовск – крайняя восточная точка России). Стоит ли их реализовать? С какого начать? Почему? Класс делится на группы, и каждая, предлагая свой способ решения, озвучивает не только доводы «за», но и «против» – возможные риски, негативные последствия, неизбежные в любом деле.
Все это помогает ребятам и предметные темы освоить, и до некоторой степени научиться принимать ответственные решения. Пока хотя бы на уроке.

Роли бывают разные

Не каждый человек способен изобрести велосипед. Поэтому учитель русского языка и литературы из поселка Черский Галина Колбасина, предлагая ученикам решить сложную проблему, одновременно дает детям возможность попробовать себя в разных ролях.
Скажем, изучается правописание суффиксов на конце наречий. Желающие стать самостоятельными исследователями объединяются в группу. Им вручается карточка со списком наречий. Изучайте, ищите закономерности. Формулируйте правило. Другая группа выбирает роль экспериментаторов. Им даны не просто наречия, но и советы, на что обратить внимание, как действовать, в какой форме представить конечный продукт. Третья группа – архимеды – следует за учеными, пытается понять, как они пришли к открытию. Четвертая группа – эксперты. Они внимательно прочитают соответствующий параграф учебника, разберутся во всех тонкостях изложенного правила и потом, во время выступлений одноклассников, смогут оценить достоверность высказанных версий, предложить примеры, подкрепляющие или опровергающие то или иное мнение.

Парадокс

Давно известные факты при правильной постановке вопроса могут заставить ребят напряженно думать, увлеченно листать учебники по разным предметам. Маргарита Кожемяко, преподаватель биологии из Мариинска, предлагает ученикам выяснить, почему, к примеру, крошечной землеройке нужно в день съесть пищи в несколько раз больше собственного веса. А тигру весом в 300 кг достаточно 10 кг мяса в сутки. В поисках ответа любопытный человек и параграф про млекопитающих внимательно прочитает, еще и в учебник физики залезет.